«Брэд Ингелсби — это Тейлор Шеридан Восточного побережья»

Когда Том Пелфри впервые прочитал ранние сценарии к сериалу «Задание», он только привыкал к роли папы в реальной жизни, и образ Робби Прендеграста, борющегося с трудностями одинокого отца, нашел в нем отклик, который помог ему на протяжении всех съемок. Актер признался, что приветствует такие возможности, когда личная и вымышленная жизни совпадают так, как он никогда не мог себе представить.
 
В дополнение к тому, что по сюжету Робби бросила жена, он переживает из-за убийства своего брата, совершенного мотоклубом «Темные сердца», к которому тот принадлежал. В результате Прендеграст не только воспитывает двух маленьких детей на зарплату мусорщика, но также заботится о юной племяннице Мэйв (Эмилия Джонс), которая слишком рано взяла на себя роль опекуна для детей Робби. С помощью своего лучшего друга Клиффа (Рауль Кастильо) Робби решает сорвать наркооперацию «Темных сердец», чтобы обеспечить своим детям лучшую жизнь и отомстить за смерть брата.

В недавнем интервью Пелфри рассказал о том, как автор проекта Брэд Ингелсби не стал избегать сложной темы финансовых проблем рабочего класса, а также порассуждал о трагической арке Робби, карьерных возможностях и их реализации.
 
Как ваш внутренний ребенок справляется со сложными моментами из прошлого?
 
Когда я был моложе, я мыслил гораздо более категорично: либо все, либо ничего... Так что ты либо король вселенной на какое-то время, потому что получил что хотел, либо ты опустошен, потому что не получил. Ты чувствуешь, что сделал что-то не так, если не обрел желаемое, но это неправда. Существует так много потрясающих возможностей, и реализовать одну означает, что ты не можешь получить все остальное. Каждый выбор, в некотором смысле, является жертвой других возможностей, которые нельзя реализовать. Теперь я действую осторожно. Если что-то меня волнует, я говорю себе: «Ладно, давай попробуем, но никаких гарантий». Сейчас я в таком состоянии: легко приходит, легко уходит.

Существует распространенный совет жить настоящим, но есть польза и в том, чтобы оценивать, как далеко ты продвинулся...
 
Многому учишься, оглядываясь назад. Ты видишь, как то, что казалось разочарованием, привело тебя к большему благу. Но мы можем наблюдать такие вещи только в зеркале заднего вида. Если вы прожили достаточно долго, то начинаете понимать: «Я должен перестать думать, будто всегда знаю, что для меня лучше. Я откажусь от своего генерального плана и того, как он должен быть выполнен. Я просто останусь открытым для того, что придет дальше»... Как бы много у меня ни было таланта и как бы много я ни работал, мне повезло быть здесь. Должно совпасть множество вещей в нужное время, чтобы оказаться в этом моменте, так что все хорошо.
 
Вы не получили роль Профессора Икс, зато вам не придется дважды в день брить череп...
 
[Смеется.] У меня большая голова. Прям арбуз. Я подумал: «Если мы вообще собираемся говорить об этом, загони в свой генератор изображений на основе ИИ фото меня с бритой головой. Уже одно это может быть достаточно ужасающим». Я не шучу. Единственная шляпа, которую я могу носить, — это восьмой размер на заказ. Это объективно большая голова, и я не думаю, что вы хотите видеть ее бритой.

Робби Прендеграст — новейший убедительный телевизионный персонаж в вашей карьере за последнее десятилетие. Скажете ли вы, что это самая значимая роль в вашей карьере? Или вы цените их все одинаково?
 
Возможно, это будет очень странный или мрачный способ говорить о моих ролях, но я думаю о них как о собаках, которые у меня были раньше. Все они такие драгоценные и такие разные для меня, что я не знаю, как сказать, которая из них лучше. Но «Задание», очевидно, оказалось потрясающим. Сериал вышел год назад, а закончили его снимать два с половиной года назад. Но эти ребята все еще как семья для меня. Я постоянно с ними общаюсь. Мы переписывались прямо перед этим разговором. Они сейчас на съемках второго сезона, а я все еще шучу в общем чате со всеми, как будто я тоже там.

Иногда то, что ты переживаешь как человек, в какой-то момент отражается и на твоей работе. Бывают времена, когда это почти священно, когда происходит что-то возвышенно прекрасное. Когда я впервые прочитал сценарий «Задания», я только стал отцом, а в этом шоу так много об отце и детях. Сердце персонажа Робби — его любовь к детям, и я не смог бы понять это на том уровне, на котором понял, когда стал папой. Я не планировал этого и не контролировал ничего. Просто все случилось лучшим образом. И я постоянно говорил [создателю шоу] Брэду Ингелсби, когда мы были на съемках: «Брат, нарочно такое не придумаешь, даже если очень захочешь». Мы оба это знали.
 
Сцена с отцом и дочерью в четвертом эпизоде тронула вас при первом прочтении, учитывая то, что вы только что пережили в своей собственной жизни?
 
Да, это говорит о разнице между тем, кто я сейчас, и тем, каким я был в молодости как актер. Раньше, в молодости, читая такую сцену, я бы попытался искусственно выжать из себя все эти эмоции — ведь это так поэтично и душераздирающе. Но чтение сцены сейчас опустошило меня. Последнее, чего хочет Робби, — чтобы его дочь увидела, что он знает: они видятся в последний раз. Эта правда напугает ее и разрушит. Это было так по-настоящему, так лично, что в моей игре не осталось ничего наигранного — в молодости я бы так не смог. Во мне кипело столько жизни, что я думал только об одном — как рассмешить Кеннеди Мойер.

Вы хоть немного удивлены тем, что Брэд связывает второй сезон «Задания» с «Мейр из Исттауна»?
 
Он — Тейлор Шеридан с Восточного побережья. Берегись, MCU. Он выстраивает целый мир в своих историях — и это так тонко и так насыщенно. Я вырос, читая каждую книгу Стивена Кинга, и многие из них существуют в одной вселенной, что радует фанатов. Так что Брэду имеет смысл просто признать то, что и так понятно: оба сериала разворачиваются в одном и том же месте и в одно время. Округ Делавэр не такой уж большой. Это действительно мудрое решение, и оно принесет хорошие плоды.
 
Когда вы подписались на «Задание», это еще был ограниченный сериал, и умереть в таком сериале — это совсем другое дело, чем в долгоиграющем. Возникло ли у вас чувство упущенной возможности?
 
Сколько бы я ни скучал и ни любил этих людей, нет. Я чувствовал то же самое с «Озарком». Арка моего героя в «Задании» закончилась идеально. Я бы не хотел менять ее ни за что на свете. Получилось бы дешево и надуманно. Если уважать ту опасность и ставки, которые заложены в этом мире, — как еще все могло закончиться? Не стоит ломать мир ради сохранения какого-то персонажа, который вам нравится, потому что тогда вы потеряете все.

Джейсон, которого сыграл Сэм Кили, выиграл битву, но Робби выиграл войну. Вы видите финал похожим образом?
 
Да, я определенно думаю, что Робби выигрывает войну. Он достиг того, чего хотел. Он надеялся, что сможет осуществить свой план, у которого был небольшой шанс на успех, но я не думаю, что он когда-либо рассчитывал вернуться домой. Но опять же, есть ли здесь вообще победитель? Джейсон и Робби боролись за будущее своих четверых детей без матерей, и теперь все четверо детей остались и без матерей, и без отцов.
 
У детей Робби, по крайней мере, есть его племянница Мэйв и финансовая подушка, но есть и веский аргумент, что на самом деле никто здесь не выиграл.
 
Это более глубокий философский вопрос, который мы могли бы обсуждать долго, но я полностью согласен с вами. Никто не выигрывает, когда они убивают друг друга. В чем Брэду удалось преуспеть в плане драматизации и чего вы не видите повсюду, — это реальность вопроса: «Как мне вырастить этих детей без достаточного количества денег? Чтобы заработать хотя бы необходимые средства, я вынужден вообще не появляться дома. Как мне решить эту проблему?».

Это трудный вопрос, который задает Брэд, и это вопрос, который не часто раскрывают в драматических шоу, потому что он заставляет людей чувствовать себя некомфортно. Это реальная проблема. Так что в каком-то смысле Робби выигрывает. Я твердо верю, что детям было бы намного лучше с отцом. Они найдут деньги где-то еще и как-нибудь справятся. Но Робби — это не я, и он верит, что наличие Мэйв и достаточного количества денег даст им лучшую жизнь в долгосрочной перспективе. Я, возможно, не верю, что это правда, но Робби верил, и он получил то, что хотел.
 
Сэм ожидал, что Джейсон убьет Робби в шестом эпизоде, особенно после того, как он уже убил брата Робби и его лучшего друга Клиффа (Рауль Кастильо). Любое другое шоу подарило бы Робби заслуженный момент мести. Вы тоже были удивлены этим поворотом сюжета при первом прочтении?
 
Я стараюсь читать каждый сценарий как зритель. Я стараюсь не погружаться в него, думая только о своем персонаже. Но тогда я подумал, что это было красиво и правильно. Так же реалистично и несправедливо, как и все остальное в этом мире. Такова реальность, так что я аплодирую Брэду: он создал нечто душераздирающее.
 
Я держался с Сэмом немного отстраненно, пока не закончились съемки. Я всегда был вежлив, здоровался, но внутри сидело: «Не нравится мне этот парень», хотя Сэм — замечательный человек. Просто его персонаж был виновником почти всех бед Робби. Сэм рассказывал потом про нашу первую встречу — я ее почти не помню. Говорит, я пожал ему руку и произнес: «Ты виноват во всей моей боли». [Смеется.] А он потом признавался: «Брат, у меня мурашки побежали от твоих слов». Я ответил: «Звучит как то, что я мог бы сказать».

Вы часто используете какой-то актерский метод, например, технику полного погружения?
 
Нет, я не теряю связь с реальностью и не хочу, чтобы меня называли по имени персонажа. Но иногда от определенных состояний никуда не деться. Они сами живут в тебе. Слово «метод» сейчас уже заезжено до дыр. Я читал Станиславского, он пишет совсем не о том, чтобы круглосуточно ходить в образе. Но сейчас под этим словом подразумевают совсем другое.
 
В первый день на съемках «Озарка» Лора Линни обращалась со мной так, будто знала меня всю мою жизнь, и я чувствовал себя ее братом к концу первого дня. Она невероятно облегчила мне работу — помогла сделать ее глубже и честнее. На площадке царили доверие и открытость, можно было расслабиться и просто играть. Я чувствовал к ней такую же любовь и поддержку, какую чувствовал бы к родной сестре. Так же было и с детьми в «Задании»: я ходил с ними на актерские занятия, водил в боулинг, чтобы им было легко и весело работать.
 
Так что не знаю, метод ли это. Скорее, я спрашиваю себя: «Как мне помочь себе, не навязывая другим свои правила, не мешая их работе и не заставляя их подстраиваться под себя?». Это делается мягко и незаметно, но я так работаю. И многие так делают, даже не осознавая этого.
 
Источник: THR